Если выбирать артиста, с которого официально начался жанр Italo Disco, - это будет Gazebo. Его трек «I Like Chopin» 1983 года задал все основные параметры стиля: меланхоличная мелодия, синтезаторный бит, английский текст с акцентом, меланхолия вместо гедонизма. Разбираемся, как молодой римский музыкант изменил ход европейской поп-музыки.
Поль Маццолини: необычная биография
За псевдонимом Gazebo стоит Пол Маццолини - человек с нетипичной для итальянской поп-сцены биографией. Он родился в 1960 году в Бейруте, в семье итальянского дипломата и американской журналистки. Детство провёл в разных странах - Ливан, Англия, Франция, Иордания. Итальянский язык он выучил только в подростковом возрасте, когда семья вернулась в Рим.
Эта мультикультурная юность сыграет ключевую роль в его творчестве. Маццолини с детства впитывал разные музыкальные традиции - британский рок, американский поп, французский шансон, итальянскую эстраду. Когда он начал писать музыку, у него получился гибрид, который не был похож ни на что существовавшее.
Masterpiece: первый сигнал
Первый трек Gazebo «Masterpiece» вышел в 1982 году. Он уже содержал характерные черты будущего итало-диско - электронные аранжировки, меланхоличное настроение, английский вокал. Трек стал локальным хитом в Италии, но за пределы страны практически не вышел.
Зато привлёк внимание продюсера Пьера Луиджи Джомбини, который решил работать с Маццолини над следующим материалом. Именно этот тандем создаст главный хит артиста.
I Like Chopin: манифест жанра
«I Like Chopin» вышел в 1983 году и стал сенсацией. №1 в Италии, Германии, Австрии, Швейцарии, Нидерландах, Швеции. По всей Европе трек крутили на радио и дискотеках несколько месяцев подряд. Общий тираж синглов и альбомов с этой песней превысил восемь миллионов копий.
Что делало трек особенным - парадоксальное сочетание танцевального ритма и откровенно грустной мелодии. Обычно поп-музыка 80-х была либо бодрой, либо балладной. Gazebo сделал нечто третье - песню, под которую можно танцевать со слезами на глазах.
Текст - типичный для итало-диско простой английский, с центральной строкой «I like Chopin, love me now and again». Имеется в виду, конечно, польский композитор Фредерик Шопен, хотя связь с реальным Шопеном в песне минимальна - это просто культурная отсылка, придающая треку ощущение интеллигентности.
Lunatic и Telephone Mama
После «I Like Chopin» последовали другие хиты - «Lunatic», «Telephone Mama», «I Like... Chopin Part 2». Все они оставались в рамках мастер-формулы: меланхоличная мелодия, синтезаторы, английский текст. Но ни один не достиг уровня первого хита.
Для Gazebo это было нормально. Он никогда не пытался стать поп-звездой в классическом смысле. Его интересовало творчество, а не слава. Он выпускал альбомы, работал над интересными ему проектами, но не гнался за чартами.
Отличие от коллег
Среди артистов итало-диско Gazebo выделялся сразу по трём пунктам:
- Сам писал свои песни - в отличие от многих «фронтменов», за которых работали команды продюсеров.
- Сам пел - никаких студийных подмен, никаких сессионных вокалистов за сценой.
- Был образованным музыкантом - играл на пианино, понимал теорию, использовал классические отсылки.
Это делало его «интеллектуальным» голосом жанра. Если большинство итало-диско артистов делали простую танцевальную музыку, то Gazebo был ближе к авторской песне - просто с электронными аранжировками.
Долгая тихая карьера
Gazebo продолжает работать до сих пор. Он выпустил больше десятка студийных альбомов, экспериментирует со звуком, сотрудничает с другими артистами. Никогда не возвращался к главному хиту как к единственной теме - всегда писал новый материал.
В 2010-х, когда началось возрождение интереса к итало-диско, Gazebo получил заслуженное признание как один из отцов жанра. Его приглашают на фестивали, его треки включают в антологии, молодые артисты делают ремиксы на его композиции.
Грусть как формула
Главное наследие Gazebo - он показал, что танцевальная музыка может быть грустной. До него итало-диско тяготел к бодрому настроению, как и американское диско. После «I Like Chopin» появилась возможность выражать через этот жанр совсем другие эмоции - меланхолию, ностальгию, даже депрессию.
Эту линию продолжили Savage, Valerie Dore, многие другие артисты. А в 2010-х она стала основой всего синтвейв-движения, где меланхолия под синтезаторы - стандартный режим работы.
Семпл из «I Like Chopin» пробирается в десятки ретро-треков 2015-2023 годов, от малоизвестных бандкэмп-синтвейверов до попаданий в официальные саундтреки игр вроде «Hotline Miami» и «Far Cry 3: Blood Dragon». Для жанра, изобретённого в 1983-м миланским подростком бейрутского детства, это удивительная по длительности экспансия.